«Дискурс ортодоксии»
Выступление А.В. Щипкова
на презентации книги
«Дискурс ортодоксии»
Ваше Высокопреосвященство, уважаемый владыка Дионисий! Уважаемые коллеги!
После церковной реформы XVIII века усилилось юго-западное давление на русскую богословскую мысль. Возник культ Киево-Могилянской академии. Началось, как говорил протоиерей Георгий Флоровский, «латинское пленение» русской церковной мысли.
Сегодня одна из главных задач Русской Православной Церкви так же, как и в XVIII-XIX веках, — защита нашей духовной автономии. Только с твердых духовно-интеллектуальных позиций возможен диалог как с инославием, так и с секуляристскими мировоззрениями как «правого», так и «левого» толка.
Также следует обратить внимание на проблему нашего отношения к постмодернистским формам религиозности, на феномен так называемой пострелигии.
Яркие проявления этого феномена мы можем наблюдать в последнее время в экспансионизме и ересях Константинопольского Патриархата. В рамках этой активности ключевые смыслы Писания и Предания смешивается с политической идеологией и требованиями либеральной секулярной глобализации.
Разумеется, для православного христианина это противоестественный гибрид, который порождает весьма сомнительную идею Константинопольского Патриархата как метацеркви и тому подобные деструктивные фантазии. Важно заметить, что
эти фантазии родились отнюдь не в церковно-религиозном поле, а в лабораториях идеологов секулярного постмодернизма и трансгуманизма.
Сегодня Фанар поддерживает эту идеологию точно таким же образом, каким в ХХ веке он поддерживал троцкисткие идеи советского церковного обновленчества.
Само собой разумеется, что призывы к
- «православной Реформации»,
- замене языка богослужения,
- замене апостольской роли епископата на «всеобщее священство»
— все это для Церкви невозможно и кощунственно. Все это — путь гибридных идеологий.
В книге «Дискурс ортодоксии», которую мы сегодня представляем вашему вниманию, сделана попытка
описать духовную, идейную и социальную позицию Русской Православной Церкви. Именно по этой причине данная книга адресована, прежде всего, епископату и духовенству. Она включает подробный анализ идеологического пространства современной России.
Одна из ключевых идей «Дискурса ортодоксии» —
это важность для Русской Православной Церкви собственного культурно-социального языка, следования собственной миссии.
Церковь постепенно начинает освобождаться как от эллинистического, так и от протестантского влияния. Это можно сравнить с зависимостью светского общества от Болонской образовательной модели, от тестового формата учебного процесса.
Медленно, но верно идет процесс освобождения России от навязанных стандартов. Общество становится по-настоящему гражданским, а государство — по-настоящему суверенным.
Аналогичные процессы идут в Церкви, которая становится по-настоящему автокефальной.
Сегодня уже невозможно игнорировать тот факт, что при формальном отсутствии «общеобязательной идеологии», идеи секуляризма обладают в обществе правом гегемонии. Единственный путь — установление баланса религиозного и секулярного в обществе и соблюдение идеологического нейтралитета.
Иначе мы никогда не избавимся от идеологии «церковной реформации», которую так активно продвигают сегодня представители либерал-православного сегмента.
Если раньше Церкви противостоял принудительный атеизм,
то теперь она стоит перед вызовом секуляризма, который стремится
- не только вытеснить ее за рамки публичного дискурса,
- но переориентировать на совсем не христианские задачи.
Я это называю — пленением секуляризмом.
В свое время Николай Лосский предупреждал
об опасности вызревания внутри самой русской Церкви «протестантизма восточного обряда». Сегодня мы называем это явление греко-протестантизмом.
Сейчас мы вынуждены отнимать время от главных церковных задач и противодействовать греко-протестантским попыткам противопоставить священство епископату, навязать нам устройство в духе «церковного республиканизма» и прочим формам «новой Реформации».
Церковь обвиняют в том,
что она якобы не выполнила свою миссию, допустив в XX веке две мировые войны, нацизм и череду революций. Церковь не могла предотвратить катаклизмы ХХ века, поскольку идеологии революций, расово-культурного превосходства и мировых войн выросли отнюдь не в христианском идейном поле, а в секулярном — либеральном и коммунистическом. Нести ответственность за них Церковь не может, поскольку сама стала их жертвой.
Христианская идентичность не требует дополнительной социальной санкции и дополнительных объяснений. Церковь не может выполнять идейные поручения, исходящие не изнутри самой Церкви, а откуда-либо извне. Поэтому никакие требования либерального Коминтерна не заставят нас отказаться от церковной миссии, а секулярные идеологии — от канонического и кафолического взгляда на церковную жизнь.
Церковь не была и не станет экономическим игроком — продавцом «религиозных услуг».
Церковь будет выполнять свою миссию. Эта миссия — надисторична, она не может и не должна быть подвержена
- искушению «контекстуализацией»,
- искушением «осовременивания».
Напротив,
сама Церковь задает контекст, причастность к которому в любых социальных обстоятельствах была, остается и всегда останется спасительной для человека.
С верой в это я представляю книгу «Дискурс ортодоксии» вниманию моих читателей.
Благодарю за внимание.
* * *
По материалам:
54